...
Головна » Социализация как механизм конструирования гендера

Ключевые слова: гендер, социализация, агенты социализации, гендерное неравенство, гендерные стереотипы, гендерное воспитание, гендерная константа, феминность, маскулинность, гендерные роли, гендерный сценарий.

Актуальность темы: Изучение темы даст возможность понять, как культура общества, используя явные и «скрытые» механизмы социализации, «создаёт» жен­щин и мужчин как две противоположности, закрепляя, таким образом, социальное неравенство между ними.

Общая цель: охарактеризовать гендерную социализацию как источник воспроизводства и закрепления гендерного неравенства в обществе.

Конкретные цели:

  • охарактеризовать особенности гендерной социализации, ее ос­новные механизмы;
  • представить роль семьи как агента гендерной социализации;
  • описать значение сверстников и образования как агентов гендер­ной социализации;
  • выявить основные гендерные сценарии доминирующей культуры.

1. Гендерная социализация: её содержание и механизмы

Гендерная социализация - это процесс усвоения индивидом тех социальных требований, ожиданий, норм, ролей, поведенческих стандартов, которые культура предписывает людям данного пола.

Гендерная социализация начинается с момента рождения человека и продолжается в течение всей жизни. В первую очередь, формируются те или иные личностные качества, которыми якобы должны обладать мужчины и женщины. Вот лишь примерный перечень таких характеристик:

сила слабость
мужественность женственность
смелость аккуратность
активность дисциплинированность
рациональность чувственность
целеустремлённость нежность


Проанализируйте внимательно обе колонки. Разве качества в левом столбце присущи только мужчинам, как это хочет представить культура (и всем ли из них в одинаковой степени?), а характеристики в правом - только женщинам (и всем ли из них в одинаковой степени)? Конечно же, нет: в действительности в обоих колонках мы видим универсальные чело­веческие качества, в том или ином сочетании присущие каждой личности, независимо от пола. Именно поэтому их нельзя назвать мужскими или женскими. Те, что представлены в левой колонке, наука называет маску­линными качествами, а те, что в правом - феминными.

Определённой комбинацией маскулинного и феминного каж­дый человек является неповторимым. Более того, последние исследо­вания в этой области показывают: в те или иные периоды своей жизни и в ситуациях разного рода у каждого человека проявляется абсо­лютно весь спектр маскулинных и феминных характеристик. Вместе

с тем, культура, следуя заданному сценарию, старается привить маску­линные качества мужчинам, а феминные - женщинам, а также убедить всех, что это происходит на самом деле, и так должно быть. Таким образом, фактически гендерная социализация является дифференциальной.

Кроме личностных черт и качеств, формируются и многие другие жизненные ориентиры для представителей одного и другого пола:

  • к чему нужно стремиться в жизни и какие пути к цели выбирать;
  • какое положение занимать в обществе, какую активность прояв­лять в его отдельных сферах - политике, экономике, образовании и других;
  • чем заниматься в жизни, а от чего отказаться;
  • что позволять себе в личных отношениях, какие роли выполнять в семье;
  • какие профессии выбирать, насколько интенсивно строить свою карьеру и строить ли ее вообще;
  • как и где проводить свободное время, сколько его иметь и т.п.
  • Конструирование гендера по «заказу» культуры осуществляют
  • агенты социализации, и эффективность этого процесса очень высока. Ис­следования, проводимые по всему миру, подтверждают следующее:
  • уже в 1,5-2 года дети безошибочно определяют свой пол (хотя еще и не понимают, что это значит), а в 2,5-3 года - пол других людей (как правило, по внешним признакам - одежде, прическе и пр.);
  • в возрасте 4-х лет дети называют те социальные роли, выполнение которых ждет от них окружение, и именно эти роли предпочитают;
  • не позднее 6-7 лет у ребенка формируется так называемая ген­дерная константа - относительное постоянство усвоенных маскулин­ных/фемининных характеристик, ролей, образцов поведения (в дальней­шем эта константа, конечно же, уточняется и даже, в силу обстоятельств, может кардинально меняться).

За счёт чего достигается эффективность гендерной социализации? Охарактеризуем несколько её действенных механизмов:

  1. С детства ребенок привыкает доверять близким людям, в частности, членам семьи, воспитателям, учителям, поведение и жизненный выбор которых является для него ориентиром, образцом. Для определения правильного / неправильного он пытается понять, что правильно для других, а свое поведение считает верным, пока наблюдает его у окружающих.
  2. Агенты социализации поощряют социально приемлемое для данного пола поведение, а неприемлемое - наказывают формальными и неформальными санкциями. Не желая быть отвергнутым, чувствовать себя «белой вороной», ребенок постепенно приучается подстраиваться под ожидания окружающих, соглашаясь с предъявляемыми требованиями.
  3. Агенты социализации действуют «единым фронтом», син­хронно транслируя идентичные ценности, нормы, поведенческие стандарты.
  4. Например, семья и школа часто гласно и негласно поддерживают друг друга в воспитании детей. Сверстники, с которыми общается ребенок, находятся под тем же «культурным давлением», следовательно, часто не осознавая, транслируют как раз социально одобряемые культурные ценности (в том числе, когда публично их игнорируют или против них протестуют).
  5. Широкое распространение одних и тех же поведенческих шаб­лонов возможно благодаря действию механизма «самосбывающегося пророчества». Согласно распространенным в обществе стереотипным убеждениям, формируется ребенок определенного пола. Как результат, он в той или иной степени приобретает прививаемые ему черты, и фактом публичного их проявления еще больше убеждает окружающих, что такими и должны быть дети этого пола. Воссозданный заново шаблон указывает последующим поколениям узнаваемое направление гендерного воспитания.

2. Гендерное конструирование: «механика» процесса и действующие «персонажи»

Семья по праву считается первичным агентом гендерной социали­зации, причём началом формирования гендера малыша можно считать момент, когда родители узнают о беременности. Специальные появления показали, что появление на свет мальчика желают в 2-3 раза чаще, чем рождение девочки. А в некоторых странах (таких, как Индия, Египет) рож­дение мальчика настолько желанно, что если бы пол ребёнка определялся только лишь волей родителей, то соотношение мужчин и женщин в этих обществах достигало бы 8 к 1.

Как же получается такой «перекос»? Всё дело в том, что исторически именно новорожденный мужского пола воспринимался как продолжатель рода, настоящий носитель фамилии, наследник. Рождение мальчика дава­ло надежду на дальнейшее приличное социальное положение семьи, ведь мужчины априори имели больше шансов на жизненный успех.

Если сказать родителям, что к сыновьям и дочерям они относятся абсолютно по-разному, скорее всего, они решительно отвергнут это пред­положение. Но обычно именно так и происходит. Уже при изучении первых контактов родителей с младенцем оказывается, что и мать, и отец чаще прикасаются к новорожденным мальчикам, чем к девочкам. Последних также реже берут на руки, качают, целуют.

Доказано, что хотя в возрасте 1 года дети не проявляют никаких различий в попытках «установить контакт», взрослые, когда ребенок кричит, плачет, ведет себя агрессивно, скорее «отреагируют на мальчика», а если младенец «просто хочет общения», охотнее пойдут на контакт с девочкой. Интересно, что когда через 1-2 года исследователи снова на­блюдают за теми же детьми, всегда выявляют закономерно сложившиеся различия стилей общения: мальчики становятся более напористыми, а девочки - более разговорчивыми.

По-разному, в зависимости от пола ребенка, формируется его эмо­циональная сфера. Проявления мальчишечьих чувств и эмоций уже через несколько лет после рождения начинают решительно пресе­каться членами семьи, чаще всего отцом («хватит сюсюканий», «никаких «телячьих нежностей»), тогда как аналогичное поведение девочек даже поощряется: именно с дочерьми родители чаще говорят о чувствах. Как результат, у трехлетней девочки в лексическом наборе в 2-2,5 раза больше слов для обозначения эмоций, чем мальчик того же возраста. Эмоцио­нальная же сдержанность, формируемая у мужчин, становится со временем фактором разрушения их здоровья.

«Судьба» мальчика, согласно требованиям гендерной социализации - всегда и везде быть сильным. Приветствуется как психоэмоциональная сила («Не рыдай, ты же мужчина, будущий солдат!»), так и чисто физи­ческая («Сынок, помоги мне с сумкой»). Девочки, наоборот, формируются как слабые, хрупкие создания, нуждающиеся в защите и помощи, всегда и везде ожидающие её, что во взрослой жизни может вылиться в недоста­точную уверенность женщины в своих собственных силах.

Мальчиков куда чаще, чем девочек, стимулируют к разнооб­разной активности (физической, познавательной, исследовательской), подвижности, а когда с ними общаются, охотнее используют глаголы, обозначающие действие.

Контакты с дочерьми происходят в более пассивной манере, их «держат» ближе к себе, тогда как мальчиков понемногу приучают к само­стоятельному существованию. Например, чаще позволяют играть во дворе, на улице, они имеют возможность далеко отходить от дома, занимаясь активным изучением окружающего мира (в том числе «в вертикальной плоскости», когда, скажем, залазят на деревья или заборы). Девочки вне дома ведут себя сдержаннее, двигаются медленнее, аккуратнее (преиму­щественно «в горизонтальной плоскости»), редко покидают «территорию безопасности».

Одним из инструментов формирования гендера является одежда.

Одевая ребенка в розовое (голубое), родители словно подсказывают ок­ружающему миру, как с ним «нужно» взаимодействовать, какие личност­ные черты в нем искать, какое поведение поощрять. Около 90% малышей в общественных местах (парки, детские площадки, транспорт) пребывают в одежде, которая по цвету, украшениями, рисункам типична для данного пола.

Традиционные феминные черты (послушание, аккуратность, оп­рятный и красивый внешний вид), которые сызмальства прививают де­вочкам, в случае с одеждой нередко оказывают им «медвежью услугу». Если родители, например, идут в гости или на прогулку, девочку пытаются украсить - юбка с кружевом, модная обувь, прическа с пышными бантами... Такой стиль существенно ограничивает познавательные возможности ре­бенка, и хотя она участвует в прогулке, однако не может чувствовать себя свободно, «носиться сломя голову», брать в руки грязные предметы, ведь девочку наставляют быть чистенькой, не мять и не рвать платье. И она скорее озабочена тем, как сохранить наряд в первозданном виде. Так формируется стереотип о женщине как более пассивной, «помешанной» на своей внешности, не склонной к исследовательскому поведению. В то же время одежда мальчиков не является препятствием для их разно­образной активности, скорее наоборот: она более функциональна, а требо­вания окружающих к её чистоте и опрятности, мягко говоря, менее жесткие.

Другим важным инструментом гендерной социализации вы­ступают игрушки - точные копии предметов, существующих в реальном мире. Они не просто окружают и развлекают детей, а развивают опреде­ленные умения, навыки, дают возможность «примерить» взрослые роли.

В раннем возрасте дети обоих полов одинаково охотно играют с грузовиками, кубиками, кухонной посудой или куклами. Но роди­тели по-разному реагируют на эти игры, явно одобряя (причем не обя­зательно с помощью слов) занятия с «чем-то более подходящим для него (неё)». Неудивительно, что в 2-2,5 года дети уже отдают предпочтение тем игрушкам, которые традиционно относятся к «мальчишечьим»/«дев- чоночьим. Благо, производители и продавцы игрушек в погоне за прибы­лью спешат удовлетворить любые стереотипные вкусы.

Давая девочкам и мальчикам разные игрушки, мы таким образом, «сообщаем», что их будущая деятельность в этом мире должна на­столько же отличаться, а исполняемые роли - так же ограничиваться.

Как выяснилось в ходе исследований, игрушки, произведенные для девочек, приучают их к более статичной жизни (активное переме­щение в физическом пространстве при их использовании ограничено), не рискованному, размеренному освоению окружающего мира, акценту на отношениях в семье и с подругами, искусственно ссуженному простран­ству социальной активности (дом, магазин, школа, кафе, салон красоты, отдых), культу внешности. Игрушки для мальчиков направлены в первую очередь на динамичные проявления, риск, приключения, про­явления смелости, формирование большого круга контактов, широкое пространство социальной активности (кроме быта), развитие изобрета­тельности, логики, фантазии.

Исследования современных детских комнат доказали, что там, где живут девочки, количество игрушек меньше и они не столь разнообразны, как у мальчиков. Это вполне отражает реально более узкий набор соци­альных ролей женщин, приучает к естественности такого ограничения.

Сверстники и друзья — довольно своеобразный агент гендерной социализации. Наблюдение за детскими компаниями показали, что те са­мостоятельно делятся на группы по признаку пола, причем группы маль­чиков куда многочисленнее, вовлечены в более активные действия (часто сопернического характера - например, групповые спортивные состязания). Стоит отметить, что игры (или роли в них), которые по тем или иным

причинам не считаются «правильными» для данного конкретного пола, прекращаются скорее, чем более типичные, причем не в последнюю оче­редь из-за дразнения.

Образование (будет рассмотрено на примере общеобразовательной школы) - социальный институт, специально созданный для передачи от поколения к поколению не только системы знаний, но и всего социокуль­турного опыта, вместе с которым ретранслируются и ценности гендерного режима. В детском саду, школе, вузе это происходит абсолютно одинако­во инструментами гендерной социализации становятся:

  • Пространство образовательного учрсждениии, понимаемое не столько как физическое, сколько как социокультурное. Здесь и зо­нальный «захват» мальчиками и девочками разных частей территории школы (формальный - раздельные кабинеты труда, туалеты, раздевалки; неформальный - «неофициальное» закрепление за собой, например, спор­тивных площадок, «зеленых зон» и т. п. - в целом, наблюдается явное преобладание «мужских зон»), и «плакатное пространство» школы (на плакатах, стендах именно мальчики изображаются основными нарушите­лями порядка и дисциплины, но одновременно и «героями», «спасающими ситуацию») и система воспитательных меропрпм 11111 (некоторые из них прямо направлены на воспроизведение устоявшихся гендерных ролей - например, «Мисс и мистер школы», другие косвенно подчеркивают высо- костатусность мужского пола по сравнению с женским: гак, флаг Украи­ны-символ государственной власти - почти всегда доверяется мальчику).
  • Содержание образования. Анализ учебных программ, а также учебников (а в них - текстов, заданий, упражнений, иллюстраций) пока­зывает, насколько глубоко «зашиты» в них гендерные сегрегация и нера­венство. Например, исторические дисциплины являются «летописью мужских достижений», поскольку описывают, в основном, политическую и экономическую историю, а ведь именно в эти социальные сферы доступ женщин исторически был ограничен. «Физкультура» ставит развитие детей в прямую зависимость от их пола (например, используя разные нормативы для мальчиков и девочек), вместо того, чтобы исходить из развитости каждого конкретного ребенка. «Трудовое обучение» формирует у обоих полов принципиально разные навыки трудовой деятельности, направляет мальчиков и девочек в строго определённые профессиональные сферы.

Что касается школьных учебников, приведём лишь несколько фактов: а) когда используется понятие «человек», почти всегда на сопутствующей иллюстрации изображен мужчина; б) в большинстве математических задач, связанных с перемещением в пространстве, интеллектом и творчеством, в качестве персонажей фигурируют мужчины; в) исполнительницами «семейных ролей» в 1,5 раза чаще изображаются женщины; г) спектр упоминаемых «мужских профессий» шире аналогичного «женского» в 3- 4 раза и т.п.

  • Стиль работы учителя то, как складывается его (ее) общение с ребенком. Здесь выявлены следующие закономерности: а) в качестве любимицы учительница обычно выбирает девочку; б) к мужскому полу учителя в классе склонны обращаться по фамилии, к женскому - по имени; в) на уроке они неосознанно чаще обращаются к детям того пола, для ко­торого данный предмет стереотипно считается более важным; г) часто делят детей внутри класса по признаку пола, нередко противопоставляя эти две группы друг другу; д) мальчики чаще получают задания на сооб­разительность, поиск, творческий подход, девочки - на воспроизводство учебного материала; е) неуспехи мальчика традиционно объясняются ленью, девочки - отсутствием способностей; ж) в адрес мальчиков звучит до 70% поощрительных замечаний педагога и до 80% порицательных; з) дисцип­линарные требования значительно более строги к девочкам и т.п.

В социологии часто используется понятие «гендерный сценарий» - это глобальный и частный жизненный выбор, который общество предпи­сывает человеку в зависимости от его пола. Совершенно очевидно, что для каждого пола сценарий свой, и он закладывается с рождения. В каждом сценарии есть центральный стержень (некая глобальная жизненная цель), нереализация которого сведет на нет всю «режиссерскую постановку» культуры, будет трактоваться окружением как катастрофа или жизненная неудача.

Так, наиболее важной целью жизни для девочки пропагандиру­ется «удачно выйти замуж и родить ребенка», в противном случае ее жизнь считается не сложившейся. Потому окружение с детства и пугает девочку: «Будешь неряхой, лентяйкой, плохой хозяйкой - никто тебя не полюбит и замуж не возьмет». То есть брак позиционируется как «жен­ский» жизненный приоритет N° 1. На женщину негласно возлагается и ответственность за его устойчивость: считается, что она априори в нем «больше заинтересована».

«Глобальная цель жизни» мальчика - стать настоящим мужчиной и добиться жизненного успеха (сводимого к материальной обеспеченности). «Мужским» приоритетом провозглашается физическое и интеллектуаль­ное развитие, высокооплачиваемая работа и успешная карьера.

Подытожим изложенное в двух темах: исторически сформиро­вавшееся физическое превосходство одного пола над другим со временем обрело социальное значение, что вылилось в формирование мужского доминирования, которое, в целом, сохранилось до наших дней. Совре­менное общество насквозь пронизано гендерным неравенством и сексизмом - и то, и другое обычно не проблематизируется, воспринимается как естественный ход событий. При этом единственным надежным способом воспроизводить устоявшийся гендерный режим и впредь является специ­альным образом «отстроенные» механизмы дифференциальной социали­зации, когда мужчины и женщины понимаются как противоположности, вследствие чего каждому новому поколению мальчиков и девочек легитимно прививаются принципиально разные жизненные цели, ценности, гендерные сценарии, социальные роли и т. п.

Как следствие — резко сужается пространство личностной самореа­лизации (фактически, человек приучен к тому, что почти половина всех жизненных возможностей несвойственна, недоступна людям его пола), растет пропасть отличий между двумя полами, а значит - ухудшается взаимопонимание (отсюда многие проблемы в семейной жизни, в личных отношениях), воспроизводится социальная несправедливость и т. д.